Реальные и идеологические цели Зе-майдана

Реальные и идеологические цели Зе-майдана

Разумеется идеология и реальная политика – не одно и то же. Как правило, у одного из этих моментов служебный статус – либо идеология служит реализации политических целей, либо политическая игра нужна для реализации идеологии. Второй вариант выглядит благороднее, но чаще встречается первый.

Чтобы оценить, какой вариант мы видим сейчас в Киеве, необходимо определить идеологию и возможные политические цели Зе-майдана.

Идеология

Идеология Зе-майдана отражена в официальных требованиях «антикапитуляционного» вече и анонимном тексте «FAQ по третьему Майдану». Между документами есть существенные различия, поскольку первый из них представляет собой тезисы, предложенные разными политическими силами, второй же – «порохоботский».

Содержание ориентированного на Порошенко документа довольно путанное. По нему получается, что Порошенко выполнять Минские соглашения не собирался принципиально, а подписал их исключительно для того, чтобы избежать окончательного разгрома украинской армии и выгадать время восстановления армии и международных санкций. Но это Порошенко. Зеленскому же нельзя обозначать хоть какую-то готовность что-то выполнить, просто для проведения встречи на высшем уровне. Можно – только продолжать курс Порошенко, который ни к каким определенным результатам не привел.

Требования вече состоят из следующих пунктов:

— запрет на принятие особого статуса для отдельных районов Донецкой и Луганской или любых других регионов Украины;

— запрет на использование амнистии для военных ЛДНР;

— запрет на отвод украинских войск от линии разграничения;

— запрет на формирование любых негосударственных военизированных формирований, в частности «народных милиций»;

— запрет на проведение выборов в любые органы власти или самоуправление на территории ЛДНР до получения контроля над всей российско-украинской границей;

— выход из Минского формата и инициирование Будапештского формата.

Последний пункт ключевой. Пять первых пунктов предполагают отказ от выполнения Минских соглашений, а последний – изменение формата. Тут, правда, есть загвоздка – США не собираются принимать участие в каких-либо форматах переговоров относительно ситуации на Украине. Причем это не связано с Трампом – прошлая администрация тоже не рвалась отвечать за проделки украинской власти.

В общем, так или иначе, но все сторонники Зе-майдана выступают против реализации Минских соглашений, то так, чтобы формально не отказываться от них. До сих пор это прокатывало – европейские партнеры нормально воспринимали нарушение Украиной Минских соглашений.

Политика

У разных сил, представленных на Зе-майдане, позиции разные.

Порошенко преследует две цели.

Во-первых, выставить себя непримиримым оппонентом нынешней власти и исключить, таким образом, возможность своего судебного преследования. Это ему, в основном, удалось.

Во-вторых, представить себя перед Западом в качестве человека, который более последовательно, чем Зеленский будет сохранять статус-кво бесконечного конфликта с Россией. Тут у него особых успехов нет, потому что: а) Зеленский точно так же против реализации Минских соглашений; б) Западу, кажется, не так уж и интересно продолжение конфликта с Россией на украинской площадке (если это действительно так, то в пролете окажется не только Порошенко, но и Зеленский).

Более радикальные националисты (Белецкий, например) преследуют только вторую цель, причем хотят показать себя еще более радикальными, чем Порошенко. Сказать, что у них хорошо это получается нельзя – и Зеленский, и Порошенко, и Белецкий против выполнения Минских соглашений, но никто не может прямо сказать, что они не нужны. Это и понятно – Запад не одобрит. Пока Украина отказывается от Минска попунктно – Запад может делать вид, что в невыполнении соглашений виновата Россия. Когда Украина откажется от соглашений в принципе, это станет невозможно.

Так или иначе, но обе составляющие Зе-майдана борются, на самом деле, за власть. Вопрос мира-войны для тех и других совершенно не важен – они собираются продолжать вялотекущую войну, которая позволяет очень многое: мобилизовать сторонников, ограничивать демократические свободы, зарабатывать на военных поставках.