«Укртрансгаз» уполномочен… напугать

«Укртрансгаз» уполномочен... напугать

Умеем же мы напугать наших стратегических партнеров! «Укртрансгаз» хочет списания долгов от ЕБРР и ЕИБ, поэтому кричит, что может остановить транзит газа в Европу, который приносит $3 млрд. ежегодно, из-за сложившейся критической ситуации.

«Нефтегаз» намекает, что во всем виноваты облгазы Фирташа и предлагает ускорить анбандлинг. В ЕС начинают понимать, что «Северный поток-2» – это не роскошь, а предмет первой необходимости.

Перед выходными государственное предприятие по поставке, транспортировке и хранению природного газа компания «Укртрансгаз» заявила на весь мир, что у нее нет денег закупить технический газ для обеспечения работы ГТС, поэтому через месяц прокачка газа в Европу по украинской газотранспортной системе может быть остановлена из-за накопленных долгов.

Ну что тут скажешь? Хорошо, что не зима. Нет морозов. И в Европе тоже. Как-то проживут. Дотянут до конца года. А там, глядишь, и “Северный поток-2” подоспеет. Если бы при власти был Порошенко, я бы подумал, что это агенты Кремля привычно подкладывают нам бомбу под трубу. Информационную. Но вроде бы времена изменились. Темникова с концертами приехала. На Atlas Weekend-2019 ждут “Сплин” и Монеточку. Видимо, проблема в чем-то другом.

Скажем прямо, проблема у нас всегда одна, но с вариациями: “денег нет и неизвестно”. «Укртрансгаз» усердно и не первый месяц жалуется, что у него финансовые проблемы. Нет средств не только на производственно-технологические нужды (запас газа в подземных хранилищах оператора ГТС – 152 млн куб. м, а месячная потребность в топливном газе составляет около 240 млн куб. м), но и на оплату долгов.

Поэтому «Укртрансгаз» обратился к Европейскому банку реконструкции и развития (ЕБРР), а также Европейскому инвестиционному банку (ЕИБ) с просьбой пересмотреть действующие кредитные соглашения по проекту модернизации украинского участка газопровода «Уренгой – Помары – Ужгород». Проще говоря, просит ЕБРР уменьшить сумму кредита и вместо 300 млн. евро дать только 125 млн евро.

Я вам сейчас объясню, что это за деньги. Полтора года назад “Версии” одними из первых ввели в оборот речи труднопроизносимое слово “анбандлинг” применительно к “Нефтегазу”. Напомню, что речь идет о расчленении НАКа и выводе оператора ГТС вместе с самой ГТС за пределы “Нефтегаза”, с тем, чтобы передать транзит газа консорциуму западных компаний – европейских и американских.

“Нефтегаз” после расчленения должен стать просто газотрейдером и взять на себя продажу голубого топлива населению и коммерческим структурам Украины. Для этого он создал три ООО: «Газопоставляющая компания «Нефтегаз Украины», «Газопоставляющая компания «Нефтегаз Тепло» и «Газопоставляющая компания «Нефтегаз Трейдинг». Все три компании еще в прошлом году получили лицензии Национальной комиссии госрегулирования энергетики и коммунальных услуг (НКРЭКУ) и пока безуспешно выгоняют с рынка облгазы, в большинстве своем принадлежащие Фирташу.

А что же с европейским кредитом? Поясняю. Перед тем, как многоквартирный дом передают в ОСМД жильцам, государство обязано его отремонтировать по закону. С ГТС та же история: мы должны привести ее в порядок своими силами и уж только потом отдать Европе.

Для этого, как следует из «Плана развития газотранспортной системы на 2018-2027 годы», акционерное общество «Укртрансгаз», которое плавно превращается в ПАО «Магистральные газопроводы Украины» (МГУ), должно было провести в 2018 году большую и затратную реконструкцию семи магистральных газопроводов.

Больше всего денег надо было потратить на «Уренгой – Помары – Ужгород» – 2,6 млрд. грн.; переход через р. Днестр «Киев – Запад Украины» – 38 млн. грн.; «Ивацевичи – Долина» – 59 млн. грн.; «Долина – Ужгород – Государственная граница» II, «Марьевка – Херсон» II, «Шебелинка – Славянск», «Шебелинка – Днепр – Одесса» – всего 239 млн. грн.

На первый из названных ремонтов собирались использовать кредитные средства Европейского инвестиционного банка и Европейского банка реконструкции и развития. Просили 300 млн. евро. После ареста двух директоров, подозреваемых в присвоении $14 млн. «Укртрансгаза», оказалось, что и 125 млн евро достаточно. А прижали бы еще кого-то, то и 5 млн. грн хватилось все латки поставить. Но то такое…

Но на пути перехода нашей ГТС под опеку евротоварищей возник другой неприятный инцидент: оказалось, что нет денег на технологический газ, необходимый для прокачки, и вся система может остановиться. Спросите, почему не вздрогнула Европа? Думаете, причина в сезоне – то, что сейчас лето, а не зима? Нет! Думаю, все дело в том, что они нам не поверили.

Потому что по статистике на 22 июня запасов газа в ПХГ было на 21% больше, чем на аналогичную дату 2018 года (10,7 млрд. куб. м). При этом украинские газовые хранилища заполнены на 42% – так много газа в летний период у нас никогда не было. Европа это знает и не пугается.

Более того, они, похоже, прекрасно понимают тактику наших газовиков. «Укртрансгаз» рыдает, что у него нет денег. “Нефтегаз” в лице Андрея Коболева разъясняет, что денег нет из-за искусственно заниженных тарифов и несанкционированного отбора газа.

Насчет заниженных тарифов мне, честно говоря, не ясно: где они? Мы платим сполна. Причем, население – больше, чем промышленность. Если кто-то пытается напомнить правительству Владимира Гройсман убытки 2018 года, когда по итогам первого полугодия ПАО «Укртрансгаз» показало рекордный минус в 17,7 млрд. грн, то это игрища давно минувших дней.

К тому же создать такой убыток за счет удержания цены на газ для населения не получилось бы. Туда добавили резко возросшие расходы по ускоренной амортизации основных фондов 31,5 млрд. грн. Из которых 18,5 млрд. грн, по слухам, были липой, нарисованной на бумаге.

Так что с убытками мы почти разобрались. На счет несанкционированного отбора газа тоже секрета нет. Достаточно взять реплики “Нефтегаза” в Facebook и все становится ясным: «Облгазы фирташевской группы РГК продолжают нагло и цинично обворовывать своих клиентов…».

Непонятно только одно: кто в “Нефтегазе”, “Укртрансгазе” и правительстве отвечает за репутацию Украины? Есть такое должностное лицо или его нет? Наверное, нет, и потому с репутацией у нас сплошные проблемы?

В каком нормальном государстве несколько государственных структур, да еще и находящихся в состоянии международной трансформации (очередного этапа анбандлинга) будут выставлять напоказ перед всем миром грязное белье своих сложных финансовых взаимоотношений? И угрожать Европе – нашему стратегическому партнеру, что из-за внутренних проблем мы можем не выполнить свои контрактные обязательства. И, кстати, можно нам денег не брать так много, а то “бедному жениться — ночь коротка”.

В общем, анбандлинг на всю голову, плавно перерастающий в “дебилдинг”. А потом мы спрашиваем, почему они там в Германии так ухватились за “Северные потоки”, хотя у них есть мы?! Риторический вопрос. Сами понимаете…

Источник